Работа посвящена исследованию современных дефиниций роли кишечной микробиоты в развитии депрессивных расстройств у пациентов с хронической соматической патологией. Актуальность данного вопроса связана с высокими цифрами распространенности депрессии и частотой ее коморбидности с соматической патологией, что затрудняет поиск эффективных и удобных схем терапии. Решение этой задачи может быть связано с научными изысканиями в области патофизиологии депрессии, выходящей, согласно современным представлениям, за рамки обмена серотонина, обнаруживая многие пересечения и точки соприкосновения не только с патологическими процессами в иммунной системе при развитии хронического воспаления, но и с эффективностью коммуникации центральной нервной системы и микробиома человека, в частности микробиоты кишечника. Влияние оси «кишечник — мозг» на патогенез депрессии при сопутствующей соматической патологии — перспективное направление поиска новых терапевтических мишеней в лечении тяжелых коморбидных пациентов. Взаимосвязь микробиоты кишечника с центральной нервной системой является двусторонней и многофакторной, поэтому для разработки новых персонифицированных терапевтических схем с использованием всех вариантов воздействия на микроорганизмы кишечника (пребиотики, пробиотики, синбиотики, трансплантация кишечной микробиоты) необходимо более точное понимание причинно-следственных связей оси «кишечник — мозг». В статье проведен обзор данных последних исследований основных путей взаимного влияния кишечной микробиоты и центральной нервной системы в контексте патогенеза депрессивных расстройств и возможности ятрогенного воздействия на них.

В данном исследовании представлен систематический обзор инструментов скрининга 1‑го и 2‑го уровня для раннего выявления аутизма у детей в возрасте до 24 месяцев, а также оценка их психометрических и измерительных свойств. Были проанализированы семь баз данных (например, Scopus, EBSCOhost Research Database), проведены консультации с экспертами в области расстройств аутистического спектра (РАС). Применялись рекомендации PRISMA (Preferred Reporting Items for Systematic review and Meta-Analysis) и контрольный список COSMIN (Consensus-based Standard for the selection of health Measurement Instruments). В исследование вошли 52 публикации и 16 методик, большинство из которых представляли собой опросники. Наиболее широко изученным инструментом оказался Modified-Checklist for Autism in Toddlers (M–CHAT). Описаны преимущества методик (аналитическая оценка методологического качества согласно COSMIN) и их ограничения (включая отрицательную и положительную прогностическую ценность, чувствительность и специфичность). Согласно результатам COSMIN, наиболее перспективными инструментами, которые в будущем могут систематически применяться специалистами в области здравоохранения, являются: M–CHAT (Модифицированный скрининговый тест на аутизм для детей раннего возраста), FYI (First Years Inventory — Опросник первых лет жизни), Q-CHAT (Quantitative-Checklist for Autism in Toddlers — Количественный скрининговый тест на аутизм для детей раннего возраста).

Черепно-мозговая травма является одной из ведущих причин инвалидности во всем мире. Одной из основных проблем на текущий момент является отсутствие молекулярных биомаркеров. Рассмотренные ранее белковые биомаркеры повреждения головного мозга при черепно-мозговой травме на сегодняшний момент изучены более подробно, однако ограничены низкой концентрацией в крови и неспособностью проникать через гематоэнцефалический барьер (ГЭБ), а также большинство из них не специфичны дляЦНС. В частности, микроРНК, короткие (длиной примерно 22 нуклеотида) некодирующие одноцепочечные молекулы РНК, регулирующие информационную РНК (мРНК), хорошо подходят на роль биомаркера легкой ЧМТ, так как они обладают высокой чувствительностью в отношении патологии, и их можно обнаружить на ранних стадиях заболевания. Кроме того, методы их определения являются малоинвазивными и доступными в постоянном использовании. Методы количественной оценки экспрессии микроРНК позволяют не только отличать пациентов с ЧМТ от контрольной группы без травм, но также показывают те же перспективы в выявлении маркеров тяжести микроРНК являются более ценными по сравнению с традиционными белковыми биомаркерами, так как находятся в достаточной концентрации, относительно стабильны в крови и обладают выраженной способностью проникать через ГЭБ. Большое количество исследований говорят о том, что изменения экспрессии микроРНК могут отражать патологические состояния. Они участвуют в регуляции таких специфичных для ЧМТ процессов, как повышенный окислительный стресс, митохондриальная дисфункция, нейровоспаление, дегенерация аксонов, ингибирование миелинизации и роста аксонов, усиление апоптоза нейронов и олигодендроцитов, а также нарушение аутофагии и лизосомальных путей. Таким образом, можно сказать, что микроРНК могут выступать потенциальными, удобными и доступными биомаркерами повреждения головного мозга при ЧМТ.

В статье представлен случай из практики наблюдения ребёнка 3 лет 9 месяцев с арахноидальной кистой левой височной области, осложнившейся разрывом. Примерно за две недели до обращения пациент получил черепно-мозговую травму, после чего родители стали замечать вялость по вечерам. Постепенно появились жалобы на головные боли, боли в глазах, которые беспокоили ребёнка даже ночью, а также рвота несколько раз в неделю. При первичном обследовании на компьютерной томографии была обнаружена киста, однако экстренных показаний к операции не было. Через девять дней состояние ухудшилось: на контрольной МРТ выявили увеличение оболочечных скоплений до 9,6 мм и смещение срединных структур на 3 мм. Офтальмолог зафиксировал отёк дисков зрительных нервов I–II степени, что стало показанием к хирургическому лечению. Ребёнку провели эндоскопическую фенестрацию кисты и установили люмбальный дренаж на 8 суток. Операция прошла успешно, осложнений не было. На контрольной МРТ через три недели отмечалось уменьшение оболочечных скоплений и смещения мозга. Этот случай показывает, что эндоскопическая операция с временным дренированием ликвора даёт хорошие результаты при разорвавшихся кистах у детей.

Целью работы является изучение эмоционального интеллекта у врачей терапевтического и хирургического профиля в зависимости от специальности. Материал и методы исследования. Исследование выполнено на базе кафедры профессиональных болезней и клинической фармакологии имени заслуженного деятеля науки Российской Федерации Косарева Владислава Васильевича ФГБОУ ВО «Самарский государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации и отделения профпатологии Областного центра профпатологии ГБУЗ СО «Самарская городская больница № 5». Исследование выполнено в рамках комплексной темы кафедры профессиональных болезней и клинической фармакологии имени заслуженного деятеля науки Российской Федерации профессора В.В. Косарева Самарского государственного медицинского университета «Проблемы полиморбидности, диагностика, прогнозирование и профилактика профессиональных и производственно-обусловленных заболеваний у работников при изолированном сочетанном воздействии факторов производственной среды и трудового процесса» (регистрационный номер 124053000016–4, дата постановки на учет 30.05.2024). Согласие пациентов. Каждый участник исследования дал информированное добровольное письменное согласие на участие в исследовании и публикацию персональной медицинской информации в обезличенной форме. В исследование включены: 1 группа— врачи-гастроэнтерологи (n = 52 чел.); 2 группа— врачи-кардиологи (n = 58 чел.); 3 группа— врачи-онкологи терапевтического профиля (n = 48 чел.); 4 группа — врачи-хирурги общехирургического профиля (n = 71 чел.); 5 группа— врачи-хирурги сердечно-сосудистого профиля (n = 30 чел.); 6 группа— врачи-хирурги онкологи хирургического профиля (n = 65 чел.); 7 — контрольная: работники инженерно-технических и экономических специальностей, не связанных по профилю деятельности с работой в медицинских организациях (здоровые) (n = 75 чел.). Оценка уровня эмоционального интеллекта проводилась по методике определения эмоционального интеллекта (ЭИ) Н. Холла, которая направлена на выявление способности понимать отношения личности, проявляемые в эмоциях и умение управлять эмоциональной сферой на основе принятия решений. Статистический анализ проводился с использованием языка и среды программирования RStudio (R v.4.4.1, RStudio 2024.09.1+394). Описательная статистика для непрерывных данных рассчитывалась как среднее значение, 95 % доверительные интервалы; для непараметрических данных — медиана, 25 и 75 % квартили и межквартильный диапазон. Хотя данные не соответствовали нормальному распределению, группы были больше 30 наблюдений, что, согласно центральной предельной теореме, позволяет нам использовать среднее значение и 95 % доверительные интервалы для описания переменных. Для сравнения процентов использовали критерий χ2. При оценке различий в непараметрических группах данных использовались критерии Манна — Уитни для двух групп сравнения, и Крускала Уолиса для более чем 2х групп. Результаты. Профессиональная деятельность врачей терапевтических и хирургических специальностей, связана с воздействием хронического профессионального стресса, приводящего к различию уровня эмоционального интеллекта, являющегося протективным фактором, препятствующим развитию профессионального выгорания, выраженность которого во многом определяется уровнем эмоционального интеллекта. Ограничения исследования. Исследование имеет региональные (Самарская область) и профессиональные (по детализации условий труда в изучаемых группах сравнения) ограничения. Заключение. Таким образом полученные данные свидетельствуют о необходимости: при выявлении факторов риска увеличения уровня эмоционального интеллекта у медицинских работников, в том числе при использовании методик оценки эмоционального интеллекта, использовать специализированные реабилитационные мероприятия для медиков с применением методик релаксации, арт-терапии, а также профессиональных программ адаптации; физиотерапевтические методики, такие как электросон и рефлексотерапия, при возможности санаторно-курортное лечение в санаториях-профилакториях, санаториях местного профиля и т. д. с посещением психотерапевтических кабинетов, а также психофармакологические препараты.

Рецидивирующая болевая офтальмоплегическая невропатия (РБОН, Recurrent Painful Ophthalmoplegic Neuropathy) — это редкий неврологический синдром, характеризующийся повторяющимися приступами односторонней головной боли, сопровождающейся парезом одного или нескольких глазодвигательных нервов (чаще III пары, реже IV или VI) [1, 2]. В статье представлено клиническое наблюдение случая рецидивирующей болевой офтальмоплегической невропатии у молодой пациентки, без изменений на МРТ, но с повышением воспалительных маркеров. Обсуждены патогенетические механизмы, согласно данным современной литературы. Отмечен положительный эффект от терапии метилпреднизолоном, в виде регресса глазодвигательных нарушений. Таким образом, отсутствие изменений на МРТ вероятно не исключает воспалительный характер РБОН, а положительный ответ на терапию кортикостероидами подтверждает роль иммуновоспалительных механизмов.

Современные ангиографические комплексы позволяют выполнять плоскодетекторную компьютерную томографию (ПДКТ) непосредственно в рентгеноперационной без необходимости перемещения пациента. А также планировать и выполнять пункционные нейрохирургические вмешательства с постоянным 3D-контролем в реальном времени. Это повышает точность операций и снижает риск для пациента, а также позволяет в некоторых клинических случаях отказаться от использования навигационных станций. В клинике отработана методика и разработан алгоритм ПДКТ-навигации при проведении пункционных нейрохирургических вмешательств.

Актуальность. Опухоли низкой степени злокачественности, ассоциированные с эпилепсией (LEAT), являются частой причиной фармакорезистентной фокальной эпилепсии у детей и взрослых. Несмотря на медленный рост и низкую онкогенность, они обладают значительным эпилептогенным потенциалом, создавая серьезное клиническое бремя. Цель: систематизировать современные данные о диагностике, лечении и исходах лечения эпилепсии, ассоциированной с LEAT, с целью оптимизации хирургической стратегии для достижения полной свободы от приступов. Методы: проведен обзор литературы с анализом гистопатологии, молекулярного профиля, данных нейровизуализации и результатов хирургического лечения LEAT. Результаты: хирургическая резекция — основной метод лечения, позволяющий достичь отсутствия приступов у 75–90 % пациентов. На исход положительно влияют полная резекция опухоли и меньшая продолжительность эпилепсии до операции. Однако консенсус относительно оптимальной хирургической тактики, особенно для височной локализации, отсутствует. Дискуссия ведется вокруг объема резекции и целесообразности использования интраоперационной электрокортикографии для удаления эпилептогенной зоны за видимыми границами опухоли.

Дегенеративный стеноз пояснично-крестцового отдела является частой причиной хронической боли и утраты трудоспособности. Микрохирургическая декомпрессия остаётся стандартом лечения, однако полностью эндоскопические методы активно внедряются как менее инвазивная альтернатива. Цель исследования. Провести систематический обзор литературы и сравнить эффективность и безопасность полностью эндоскопической и микрохирургической декомпрессии при дегенеративном стенозе позвоночного канала. Материалы и методы. Систематический поиск (2015–2025 гг.) выполнен по PRISMA 2020. В анализ включено 6 исследований. Оценивались послеоперационная боль (ВАШ), функциональный статус (ODI), кровопотеря, длительность операции и частота осложнений. Качество работ оценивалось по Newcastle-Ottawa Scale. Результаты. Эндоскопическая декомпрессия обеспечивала меньшую интенсивность боли в раннем послеоперационном периоде (p < 0,001). Через 6 месяцев различия в ВАШ и ODI между методиками отсутствовали. Эндоскопические операции характеризовались меньшей оценочной кровопотерей, но большей длительностью вмешательства. Частота повреждений ТМО и инфекций была сопоставимой между группами. Заключение. Эндоскопическая декомпрессия является безопасной и клинически сопоставимой альтернативой микрохирургии, обладая преимуществами в раннем послеоперационном периоде. Метод может рассматриваться как перспективная минимально инвазивная опция при стенозе позвоночного канала.

В статье рассматриваются современные подходы к проблеме эмоциональной дизрегуляции как трансдиагностического фактора при различных психопатологических нарушениях. В научной литературе имеется несколько попыток ее определения. Клинически эмоциональная дизрегуляция характеризуется неэффективностью саморегуляции, поведенческими нарушениями из‑за выраженности эмоций, качественным и количественным несоответствием эмоций ситуационному контексту. Эмоциональная дизрегуляция включает несколько психопатологических аспектов, но лишь ряд исследований анализируют их комплексно, иногда отсутствует даже четкое определение самого понятия. Будущие исследования должны рассматривать эмоциональную дизрегуляцию при психопатологических нарушениях не в качестве стабильного состояния, но как динамический процесс, включающий различные аспекты, проявляющиеся во взаимосвязи и развитии во времени.

В статье приводятся результаты оригинального исследования, посвященного группе тревожных расстройств после перенесенной коронавирусной инфекции. Раскрываются вопросы клинических характеристик и варианты типологии данных расстройств в зависимости от степени тяжести перенесенной инфекции, особенности динамики и прогноза. В исследование было включено 70 пациентов с коронавирусной инфекцией в анамнезе. Пациенты были разделены на 2 группы: первая группа (46 человек) с впервые диагностированными тревожными расстройствами после СOVID-19, и вторая группа (24 человека) с ранее установленным психиатрическим диагнозом (по МКБ-10: F32.0‑F42.0), которые повторно обратились за психиатрической помощью в связи с усилением тревожной симптоматики после перенесенной коронавирусной инфекции. Для проведения психометрического применялся комплекс психометрических шкал: Госпитальная шкала тревоги и депрессии (HADS), Шкала тревоги Гамильтона (HAM-A), Шкала А.М. Вейна для оценки вегетативных нарушений, Шкала астенической симптоматики (MFI-20), Опросник личностных убеждений Бека (The Beck Personality Belief Questionnaire). Результаты показали клинически значимый уровень тревоги в обеих исследуемых группах. В клинической картине у 28,3 % пациентов первой группы и 41,7 % второй группы преобладали классические панические расстройства. У остальных участников (71,7 и 87,5 % соответственно) превалировали симптомы генерализованной тревоги с выраженными вегетативными нарушениями. У обеих групп были зафиксированы когнитивные дисфункции в виде трудностей концентрации внимания и сосредоточения, рассеянности, состояния «тумана в голове». Также отмечался значительный уровень астенических проявлений. Постковидные тревожные расстройства в большинстве случаев развивались в течение месяца в периоде реконвалесценции.

Актуальность. Среди сосудистых пороков развития головного мозга наименее изученными являются артериовенозные мальфорации (АВМ) области задней черепной ямки (ЗЧЯ) у детей. Летальность после кровоизлияний из АВМ ЗЧЯ по данным литературы может достигать 21,0–66,7 % [10, 20]. Расположение АВМ в ограниченном пространстве (субтенториально) и вблизи жизненно важных образований головного мозга является основной причиной тяжести заболевания и сложности его лечения. Материалы и методы. В исследование вошли 9 детей, поступившие в ГБУЗ «Морозовская ДГКБ ДЗМ» с диагнозом АВМ в области ЗЧЯ, с наличием внутричерепного кровоизлияния (ВЧК) в период с 2015 по 2022 год. Возраст от 7 до 17 лет. Всем больным проводили клинико-неврологический осмотр, компьютерную томографию, магнитно-резонансную томографию головного мозга и церебральную ангиографию. Уровень нарушения сознания определяли по ШКГ: ясное сознание n-3, оглушение n-1, сопор n-1, кома n-4. Распределение больных по градации Spetzler — Martin: АВМ II типа — 2 ребенка (22,2 %), III типа — 5 (55,6 %), IV типа — 2 (22,2 %). Объём интракраниальной гематомы составил от 5 до 41,1 мл. Для решения дальнейшего объема оперативного вмешательства использовали шкалы: ШКГ, Greab, PedNIHSS, Н-Н. Результаты. На основании сроков поступления в стационар, тяжести состояния больного, размера и локализации ВМГ, отношения ее к срединно-стволовым структурам, принималось решение о необходимости и объеме оперативного вмешательства. Тип операции: микрохирургическое вмешательство 3 (33,3 %) больного, эндоваскулярная эмболизация 2 (22,2 %) пациентам, комбинированное лечение 4 (44,5 %) детям. У всех детей оперативное вмешательство проводилось в остром периоде. Исход: полный регресс неврологической симптоматики у 5 (55,5 %) пациентов, умеренная инвалидизация — 1 (11,1 %), глубокая инвалидизация — 1 (11,1 %), летальный исход — 1 (11,1 %). Заключение. Использование современных микрохирургических и эндоваскулярных методов при лечении АВМ в области ЗЧЯ позволяет получить положительные результаты в виде достижения полной регрессии неврологической симптоматики, что уменьшает уровень инвалидизации и улучшает качество жизни пациентов.

Данный обзор посвящен такой необычной патологии в практике невролога, как дислексия. Выбор научного интереса именно к данному заболеванию не случаен, так как дислексия — это крайне специфическое нейробиологическое нарушение в структурах мозга, проявляющееся в сложности таких когнитивных способностей, как чтение и письмо. Для дислексии характерно изолированное нарушения чтения и правописания, которые не имеют связи с задержкой развития когнитивных способностей пациента или его низким уровнем интеллекта. Следует заметить, что неожиданно широко распространено предубеждение о том, что дети с дислексией неразумны и не подходят для обучения в начальной школе наравне со всеми. В обзоре освещены такие моменты, как этиология дислексии, ее диагностика, особенности проявления заболевания у взрослых и обсуждена стратегия для минимизации проявлений недуга. Как показывает обзор, дислексия — уже давно не приговор, а глубоко изученная и достаточно понятная современным специалистам патология. Взаимодействие фундаментальных и клинических работ в области неврологии, нейрофизиологии и психологии приносит существенные результаты, которые пойдут во благо пациентам. Это подтверждает интерес к данному заболеванию множества специалистов и более эффективное решение данной проблемы при синергии научных исследователей. Такой подход дает надежду, что дальнейшее изучение головного мозга расширит знания о дислексии, как следствие повысив грамотность среди учащихся, а также приведет к улучшению качества жизни школьников, имеющих проблемы с грамотностью, сделав их учебу в школе более комфортной.