Инфекционные заболевания остаются глобальной угрозой, вызывая 15 % смертей ежегодно, что усугубляется ростом антибиотикорезистентности и изменением климата. Органы чувств защищены уникальными нейроиммунными механизмами: обоняние обеспечивается сенсорными нейронами и лимфоидной тканью носоглотки (NALT), запускающими быстрый иммунный ответ; дисбаланс при воспалении ведет к аносмии. Слух охраняют макрофагоподобные опорные клетки улитки, вырабатывающие интерфероны и фагоцитирующие патогены. Зрение защищено слезной пленкой (содержащей лизоцим, IgA), клеточным (Т-лимфоциты, интерфероны) и гуморальным иммунитетом. Инфекции несут катастрофические последствия: Chlamydia trachomatis и Neisseria gonorrhoeae вызывают у новорожденных рубцевание роговицы и слепоту; S. pneumoniae провоцирует необратимую нейросенсорную тугоухость. Понимание этих механизмов критично для разработки нейропротекторных стратегий.

Кожа обеспечивает комплексную иммунную защиту через врожденный иммунитет (физический барьер рогового слоя, антимикробные липиды, резидентная микрофлора, секреторный IgA) и адаптивный иммунитет (кожно-ассоциированная лимфоидная ткань — SALT, включающая клетки Лангерганса, лимфоциты). Нарушение этих механизмов ведет к серьезным инфекционным последствиям: бактерии (S. aureus, S. pyogenes) вызывают импетиго, рожу, псориаз; вирусы (SARS-CoV-2) провоцируют выпадение волос и сыпи; паразиты (лейшмании, песчаные блохи) приводят к рубцам, деформациям, тунгиазу; грибковые инфекции (дерматофитоз, мицетома, кокцидиоидомикоз, зигомикоз) вызывают стойкие рубцы, алопецию, некрозы. Понимание этих взаимосвязей критично для разработки эффективных стратегий лечения и профилактики кожных инфекций и их осложнений.

Актуальность изучения фармакотерапии у пожилых обусловлена глобальным старением населения и связанными с этим медицинскими вызовами. Пожилые люди страдают от множества хронических заболеваний (полиморбидность), что неизбежно ведет к одновременному приему множества лекарств (полипрагмазия). Более 90 % лиц старше 65 лет регулярно принимают препараты, а свыше половины — 5 и более одновременно. Возрастные изменения организма (снижение функции печени, почек, изменение состава тела, чувствительности ЦНС и ССС) кардинально меняют фармакокинетику и фармакодинамику лекарств, повышая риск их накопления и токсичности. Сочетание полиморбидности, полипрагмазии и измененной реакции на препараты создает высокий риск опасных лекарственных взаимодействий (до 87 % при приеме 6+ препаратов), частых и тяжелых нежелательных реакций (причина 10–17 % госпитализаций) и ятрогении. Дополнительные сложности — ограниченная доказательная база для этой группы и значительное экономическое бремя осложнений. Использование специальных инструментов (критерии STOPP / START) для оптимизации терапии и предотвращения нерациональных назначений является необходимым условием обеспечения безопасного и эффективного лечения пожилых.

В последние годы идет неуклонный рост числа гемодиализных больных, страдающих терминальной стадией ХБП не только за рубежом, но и у нас в России. Проблемы психосоциального статуса таких пациентов является актуальной. Депрессия, тревожность, социальная изоляция и суицидальные мысли являются частыми спутниками пациентов, проходящих лечение гемодиализом, что существенно ухудшает качество их жизни и препятствует успешной адаптации к лечению. В статье рассматриваются психоэмоциональные и социальные аспекты жизни пациентов на гемодиализе, а также анализируются причины и последствия депрессии и других психических расстройств в данной группе больных. Описаны гендерные различия в восприятии заболевания, роль социальной поддержки и вмешательства в процессе адаптации, а также необходимость комплексного подхода, включающего психотерапевтическое и медикаментозное лечение, вовлечение семьи и регулярную диагностику психоэмоциональных нарушений. Рекомендации направлены на улучшение качества жизни пациентов через психологическую помощь и поддерживающие мероприятия.

Туберкулёз сохраняет статус глобальной угрозы общественному здоровью, ежегодно унося 1,3 млн жизней. Особую опасность представляют лекарственно-устойчивые формы, доля которых в России достигает 25–30 %. Современная диагностика использует молекулярно-генетические методы (ПЦР, МАНК) и иммунологические тесты (IGRA), однако позднее выявление остаётся ключевой проблемой. Лечение основано на длительной комбинационной терапии: препараты первого ряда для чувствительных форм, новые средства (бедаквилин, деламанид) — для устойчивых. Перспективы связаны с разработкой более эффективных и безопасных схем химиотерапии. Профилактика включает вакцинацию и химиопрофилактику контактных лиц. Для достижения целей ВОЗ необходимо совершенствовать диагностику, расширять доступ к лечению и усиливать эпидемиологический контроль. Решение проблемы требует комплексного подхода, объединяющего медицинские, социальные и организационные меры.

Современная медицина предлагает комплексный подход к замедлению процессов старения, объединяющий последние достижения различных научных направлений. В основе anti-age терапии лежит применение фармакологических препаратов с доказанным геропротекторным действием, таких как метформин (активатор AMPK), рапамицин (ингибитор mTOR) и NAD⁺-бустеры (NMN, никотинамид рибозид), которые воздействуют на ключевые механизмы клеточного старения. Перспективным направлением является клеточная терапия с использованием мезенхимальных стволовых клеток, способствующих регенерации тканей и восстановлению функций организма. Особое внимание уделяется коррекции микробиома кишечника через трансплантацию фекальной микробиоты, что положительно влияет на метаболические процессы и когнитивные функции. Важным компонентом anti-age стратегии остается гормональная регуляция, включающая заместительную терапию DHEA, мелатонином и половыми гормонами для компенсации возрастного гормонального дефицита. Таким образом, antiage медицина трансформируется из теоретической концепции в практическую дисциплину, предлагая реальные инструменты для продления периода здоровой и активной жизни.

Гепатит С, вызываемый вирусом HCV, остается серьезной угрозой для здоровья печени, приводя к циррозу, раку и печеночной недостаточности. Еще недавно лечение основывалось на интерфероне и рибавирине — схемах с низкой эффективностью и тяжелыми побочными эффектами. Однако революция произошла с появлением препаратов прямого противовирусного действия (ПППД), которые кардинально изменили прогноз для пациентов. Современные ПППД, такие как софосбувир, велпатасвир и глекапревир, обеспечивают эффективность свыше 95% при коротком курсе терапии (8‑12 недель) и хорошей переносимости. Эти препараты действуют на ключевые белки вируса: NS3/4A (протеаза), NS5A (сборка вируса) и NS5B (полимераза), полностью подавляя репликацию HCV. Особое значение имеют пангенотипические схемы, активные против всех генотипов вируса, что исключает необходимость предварительного генотипирования в большинстве случаев. Благодаря ПППД гепатит С перешел в разряд полностью излечимых заболеваний. Ключевыми задачами остаются ранняя диагностика, повышение доступности терапии и индивидуальный подбор схем с учетом особенностей пациента.

В статье рассматриваются механизмы государственного регулирования ценообразования в строительстве и их влияние на формирование условий договора строительного подряда. Проведен сравнительный анализ зарубежных моделей регулирования (Китай, страны Ближнего Востока, СНГ), выявлены их особенности и применимость в современных условиях. Особое внимание уделено российской практике: нормативно-правовой базе, системе сметно-нормативного регулирования, антимонопольному контролю и судебной защите сторон договора. Сделан вывод о роли государства в обеспечении справедливого и прозрачного ценообразования, а также в повышении устойчивости строительного рынка.