Статья поступила 12.04.2025 г. Статья одобрена к публикации 12.08.2025 г.
В условиях информационного общества — в отличие от традиционного и индустриального — складывается принципиально новая структура отношений граждан, государства и властных структур — политических и экономических, а также СМИ как «четвертой власти». При этом управление обществом и распространение социально значимой информации — начиная с оглашения указов, распространения «летучих листков», а затем через газеты, журналы, радио и телевидение — имело иерархическую структуру, где доминирующий центр располагался вверху, определяя распространение распоряжений и информации [2].
В условиях информатизации сама структура общества, а вместе с ней — структура политической и экономической власти и СМИ — существенно трансформируется. С одной стороны, в обществе остаются неизменными основные центра принятия решений государственного уровня, с другой стороны — они перестают быть единственными центрами генерации информации. Источники информации, а значит, власти, приобретают полицентрическую структуру, которую образуют субъекты, определяющие политические пристрастия, экономические предпочтения, потребительское поведение основной массы людей.
Одним из источников информации, влияющей на общество, являются лидеры мнений — люди, обладающие известностью, оказывающие заметное влияние на мнение окружающих по самым разным вопросам. Понятие «Лидеры мнений» было введено достаточно давно — в 1955 г., задолго до появления Интернета. В научный оборот его ввели Пол Лазарсфельд и Элих Кац в монографии «Личное влияние», а фактически конституировали данное понятие известные социологи Р. Мертон, Б. Берельсон, Ч. Райт Миллс. Первоначально термин использовался в исследованиях механизма функционирования информации — или поддерживаемой и распространяемой в массах, или отторгаемой ими. Авторы, опираясь на теории массового сознания Г. Тарда и Г. Лебона, исходили из постулата о необходимости примеров для подражания для поддержания социальной целостности и общности. П. Лазарсфельд и Э. Кац показали [8; 15], что эффективность средств массовой информации связана не с частотой размещаемых сообщений и их «весом» в общем контенте, а характеристиками источника.