Интенсификация человеческого хозяйствования, выражающаяся в увеличении производительности труда каждого отдельного элемента за счет имплементации новых технологических достижений, сопровождается экстенсификацией в ранее буквально невозможных направлениях. Вынужденное расширение «по вертикали» в совокупности с рядом политических, экономических, экологических и социальных факторов, а также технологических инноваций за последние 15 лет глубоко изменили перспективы эффективного управления земельными и водными фондами, природными ресурсами и искусственной средой. Обеспечение безопасности владения и защиты зарегистрированных прав собственности («права собственности» следует понимать в самом широком контексте — все отношения между людьми и землей охватываются этим термином, а их реализации могут иметь различия) признаются в качестве важных компонентов для достижения устойчивого развития в глобальном мировом контексте (учитывая международные соглашения и программы в области устойчивого развития, принятые на период до 2030 г. [1]), особенно в городских территориях [2].
Многие специалисты, как в научных кругах, так и в публичных дискуссиях, утверждают, что города могут стать ключевыми игроками в международных усилиях, направленных на обеспечение устойчивого развития в глобальном масштабе [12–15].
«Одной из наиболее распространенных в настоящее время концепций, в которой находят свое отражение представления о будущем городов и способах решения их проблем, является концепция «умного города»” — пишет в работе [16] уже отечественный ученый, профессор кафедры экономики и управления городом и городской инфраструктурой Санкт-Петербургского государственного экономического университета, доктор экономических наук С.Н. Максимов.
1. Он определяет парадигму «умного города» в первую очередь как современный, новаторский способ достижения высокого качества жизни городского сообщества, а во‑вторых, как явление системное, интегрирующее в рамках единого городского пространства такие направления, как: