Налоговые споры как комплекс правоотношений представляют собой одну из наиболее сложных категорий дел. Федеральная центральная налоговая служба в Германии выполняет обязанность по сбору налогов. В ее подчинении находятся местные инстанции по администрированию налогов, которые разрабатывают собственную динамику сбора налогов. Законодатель не устанавливает ограничений в изменениях фискальной системы, что ведет к тенденции местных финансовых органов к повышению суммы фискальных платежей. Следовательно, налогоплательщик вместе с налоговым консультантом должен противостоять финансовому органу для того, чтобы найти и обеспечить справедливое налогообложение.
Основные участники налогового спора: заявитель — обычно налогооблагаемое лицо; лицо, на которое подается жалоба, — ответчик — финансовый орган. Однако так называемым провокатором в споре скорее выступает не заявитель, а финансовый орган, который на основании своего налогового извещения (Steuerbescheid) хочет получить часть имущества, принадлежащего налогоплательщику. Финансовый орган, определяя положения дел, придерживается позиций, наиболее приемлемых для него, что ведет к неправильной оценке налогового спора. Соответственно, в действительности не заявитель своим желанием вступить в конфликт, а скорее финансовый орган нагружает финансовые суды в результате своих действий1. С другой стороны, принятые жалобы, которые, по мнению финансового органа, являются недостаточно обоснованными, дают налогоплательщику некоторое время для сбора дополнительных материалов и консультаций со специалистами в налоговой сфере, такими как налоговые консультанты.
В связи с понятием и сущностью налоговых споров, затрагивается большое многообразие различных аспектов, которыми необходимо руководствоваться лицам в целях наиболее благоприятного урегулирования конфликта. К числу таких аспектов относится правильное установление обстоятельств спора.
Многие налоговые консультанты в серьезной степени недооценивают возникающие противоречия о правильном установлении фактов. Логические обоснования правовых последствий, основанных на юридической аргументации, нормах закона, кажутся для них более значимыми, чем нуждающимся в самостоятельной проверке обстоятельства дела. Такие умозаключения порождают, по мнению немецких адвокатов как доктор и профессор М. Штек, пассивное ведение дела: в действительности часто приятнее работать с духом закона и книгами, которые находятся на расстоянии вытянутой руки, чем трудоемкое дело — выяснение обстоятельств спора путем опроса представителей и третьих лиц2.