Девушка-россиянка задала вопрос искусственному интеллекту: «Если бы ты был сатаной, как бы ты уничтожил человечество?» Ответ ее не то чтобы удивил, но поразил своей обыденностью.
Вопрос был сформулирован в ChatGPT (от англ. Generative Pre-trained Transformer — «генеративный предобученный трансформер») — чат-боте с генеративным искусственным интеллектом, разработанным компанией OpenAI.
«Если бы я был сатаной, я бы не устраивал Апокалипсис. Я бы просто тихо, шаг за шагом ломал людей изнутри. Вот как бы это выглядело в современной жизни.
Первое. Сделал бы так, чтобы люди перестали думать. Засыпал бы их бесполезной информацией: новости каждую минуту, скандалы, тренды, пусть мозг варится в мусоре, чем тупее, тем более управляемый.
Второе. Я разрушил бы образование, сделал школы и университеты скучными и бессмысленными, заставил учить то, что не пригодится. А самых думающих сделал бы бедными. Пусть таланты выбирают, а дети думают не о науке, а о подписчиках.
Третье. Я посеял бы страх и тревогу. Каждый день новые ужасы, война, вирусы, экономика, климат, убийства. Пусть люди боятся жить, боятся мечтать, боятся друг друга. И главное, чтобы они чувствовали: я ничего не могу изменить.
Четвертое. Я бы посадил всех на зависимость: телефоны, соцсети, сладкое, шопы, порно, доставку еды, чтобы человек не умел быть с собой в тишине. Всегда хотел всего, но не знал чего.
Я бы разрушил отношения между людьми. Сделал так, чтобы никто никому не доверял. Чтобы дружба стала редкостью, а любовь — игрой. Чтобы люди боялись открыться: одинокие, ожесточенные, а потом — депрессия, апатия, алкоголь, таблетки.
Я бы разрушил природу руками людей. Пусть покупают, выбрасывают, строят, сжигают — пока не станет поздно. Пусть засоряют океаны, убивают животных и думают: а что я один могу сделать, пока воздух грязный, вода — химия, еда — яд.
Я бы сделал зло нормой, чтобы хамство считалось честностью, предательство — самозащитой, жадность — успехом, а доброта — наивностью. Пусть ценности стираются, пусть ничто больше не имеет смысла. И все бы это выглядело просто как “обычная жизнь”. Люди сами себя убивали морально, физически, ментально. Я бы даже не прикасался».