Как известно, «язык нормативноправовых актов должен характеризоваться функциональностью, коммуникативностью, формальностью, краткостью, адекватностью, четкостью, полнотой определений, а юридический текст — правильно и четко передавать идею национального (наднационального) правотворца»[1]. Соответственно содержание правового акта должно быть формально определенным. Если акт или его часть вызывают неоднозначное толкование, то при оспаривании акт в такой редакции признается не действующим полностью или в части. Вместе с тем нормативный правовой акт не может быть признан недействующим, если суд придет к выводу, что по своему содержанию оспариваемый акт или его часть не допускают придаваемое им при правоприменении толкование. При этом в решении суда указывается на надлежащее толкование[2].
Более того, неопределенность содержания правовой нормы, не будучи в состоянии обеспечить ее единообразное понимание, а значит, и применение, ослабляет гарантии защиты конституционных прав и свобод, может привести к нарушению принципов равенства и верховенства закона; поэтому самого по себе нарушения требования определенности правовой нормы, влекущего ее произвольное толкование правоприменителем, достаточно для признания такой нормы не соответствующей Конституции (Постановления Конституционного Суда РФ от 25.04.1995 № 3-П, от 6.04.2004 № 7-П, от 20.12.2011, № 29-П, от 14.01.2016 № 1-П). Кроме того, конституционное равноправие может быть обеспечено лишь при условии единообразного понимания и толкования правовой нормы всеми правоприменителями (Постановления Конституционного Суда РФ от 27.11.2008 № 11-П, от 27.06.2013 № 15-П, от 23.12.2013 № 29-П). Вдобавок к этому противоречащие друг другу правовые нормы порождают и противоречивую правоприменительную практику, возможность произвольного их применения, ослабляют гарантии государственной защиты конституционных прав и свобод (Постановление Конституционного Суда РФ от 29.06.2004 № 13-П).
Наряду с этим в 2023 году Конституционный Суд РФ также обратил внимание на то, что «если толкование нормы официальными актами государственных, в том числе судебных, органов не устраняет неясность правового регулирования, то при решении вопроса, какой из этих вариантов предпочтителен для определения прав и обязанностей участников правоотношений, надо руководствоваться конституционными принципами равенства и справедливости, а также требованиями формальной определенности правовых норм». При этом взаимоисключающие варианты толкования одной и той же нормы могут оказаться не лишенными разумного юридического обоснования, укладывающегося в конституционные рамки законодательного усмотрения. В подобной ситуации Конституционный Суд РФ допускает «законодательное уточнение нормативных положений, чья неоднозначность, непреодолимая средствами юридического толкования, создает серьезные препятствия для полноценного обеспечения равенства перед законом и судом в процессе их применения»[3].