Рост психических расстройств, ассоциированных со структурными изменениями головного мозга и приводящих к инвалидизации и социальной дезадаптации среди детского и подросткового населения, обусловливает социальную значимость этой проблемы. В настоящее время патогенетически обоснованным представляется использование современных неинвазивных инструментальных методов исследования, в частности магнитно-резонансной томографии (МРТ) и электроэнцефалографии (ЭЭГ), позволяющих в кратчайшие сроки получить точную информацию о структурных и функциональных изменениях головного мозга с целью более точной диагностики и подбора адекватных терапевтических и коррекционных мероприятий.
Психическое развитие детей и подростков определяется биологическими свойствами организма, его наследственными и конституциональными особенностями, врожденными и приобретенными качествами [1].
В исследованиях N. Gogtay и соавт. [2, 3] было проведено изучение особенностей развития головного мозга здоровых детей с помощью МРТ, установившее, что общее увеличение серого вещества происходит в раннем возрасте с последующим устойчивым его уменьшением, начиная с пубертатного периода. Процесс потери серого вещества (созревание) начитается с дорсопариетального кортекса, точнее с превисочной сенсомоторной области около межполушарного края, и распространяется на фронтальный кортекс, который созревает, начиная с задних отделов (прецентральной извилины) и полюса лобной доли, далее — верхней и нижней лобной извилины с наиболее поздним созреванием префронтального кортекса. Медиальная часть нижних отделов височной доли созревает рано и не претерпевает таких значительных изменений, как каудальная и медиальная части нижних отделов лобной доли [4].
В развитии психического дизонтогенеза немаловажную роль играют последовательность, ритм и темп процесса созревания психических функций, находящиеся под влиянием генетических, биологических и микросоциальных факторов. Работы данного направления в отечественной детской психиатрии связаны с именами Г. Е. Сухаревой, М. Ш. Вроно, Г. К. Ушакова, В. В. Ковалева, А. Е. Личко. Основной нозологической единицей является резидуальная органическая церебральная недостаточность, которая в зарубежной литературе определяется как «минимальная мозговая дисфункция» (minimal brain dysfunction, MBD) [1]. Резидуальная патология представлена структурными, т. е. органическими поражениями головного мозга и функциональными нарушениями мозговой деятельности [5].