Современное человечество проходит сложную фазу своего развития. Эта фаза показывает, что становление человека далеко от завершения. Более того, деградация и инволюционные процессы протекают в человеческих сообществах современности более активно и широко, чем эволюционные, особенно в странах и регионах юга и запада. Наименее пораженными оказываются регионы северо-востока, однако и здесь есть свои проблемы, в том числе те, что связаны с «застывшей историей»: часть сообществ севера и востока, в том числе в России, практически не развиваются в отсутствие стимулирующих моментов: основные ресурсы уходят на сопротивление трудностям повседневной жизни, выживание, а также попытки сохранить национальную культуру, что хорошо заметно на примере коренных народов Алтая; другая часть сообществ подвергается системной дискриминации, как, например, поморы, что побуждает их, с одной стороны, размываться среди иных народов России, а с другой — закрываться от общего процесса, чтобы хотя бы на время сохранить себя и культуру человеческих отношений [1].
Культурогенез и этногенез современности во всем мире находятся под сильнейшим воздействием капиталистических программ тотального культуроцида и геноцида, запущенных как целостный проект уже в начале ХХ века. Современная модель отношений человека с государством строится на основе принципов, отработанных в процессе апробации моделей концлагерей и резерваций [2, 3]. Данная модель очевидным образом является не только репрессивно-контролирующей, но и прямо обращенной к сокращению человечества, в том числе его отдельных видов. Оружием геноцидных и культуроцидных программ выступают в первую очередь массовые миграции, порожденные войнами, природными и техногенными катастрофами, а также сами эти катастрофы, способные, при условии применения многочисленных видов оружия массового поражения (включая биологическое, атомное, климатическое и т. д.), уничтожать целые этносы. Вместе с тем приоритетными в программах культуроцида и геноцида остаются программы «генетического вытеснения», пропагандируемого в демократических государствах в ходе либеральных реформ, а также программы превращения сообществ в сообщества концлагерного типа (неорабовладельческие сообщества). Общей характеристикой применяемых методов воздействия на культурогенез и этногенез является чрезвычайно планомерная бесчеловечность (расчеловечивание). В современных реалиях в культурогенезе и этногенезе все более отчетливо проступают заложенные ранее тенденции развития сообществ ХХ века, приведшие тех к ужасающим геноцидным войнам и возрождению рабовладельческих отношений (тенденции либерализации как уничтожения культуры и передачи права выбора / собственности представительным органам; цефализация и мондиализация как жесткое разграничение управляющих и обслуживающих каст и рабов; урбанизация / сверхконцентрация населения в городах для формирования физически, психологически и нравственно неполноценного «человека городского» и размещение его в условиях техноэлектронного концлагеря; «пенитенциаризация» / усиление роли пенитенциарных и иных учреждений репрессивно-изолирующего типа в управлении сообществами и полное овеществление человека как раба эпохи электронных концлагерей).