В последнее время наблюдается рост сердечно-сосудистых заболеваний, которые являются основной причиной смертности во всем мире. Артериальная гипертония (АГ) и ишемическая болезнь сердца (ИБС) определяют заболеваемость и смертность населения, в том числе работающего. Считается доказанной роль ряда психосоциальных, климатогеографических, половозрастных, производственных и гендерных характеристик в формировании наиболее распространенных кардиоваскулярных заболеваний (КВЗ), что следует учитывать при разработке и осуществлении методов вторичной их профилактики [1, 5, 6]. Они занимают особое место среди иных патологических состояний, снижающих работоспособность вплоть до инвалидизации и деквалификации. Известно, что «корни» КВЗ уходят в период становления и формирования лиц молодого возраста, соответствующий ранним стадиям сердечнососудистого континуума. АГ, ИБС вкупе с предикторами атеросклероза (АС), развитие которых часто зависит от половозрастных и профессиональных факторов, продолжают привлекать к себе внимание ученых и врачей [3–5].
Цель: изучить распространенность АГ, ИБС и факторов риска (ФР) АС среди женщин молодого возраста различных профессиональных групп.
В соответствии со стандартной методикой «Эпидемиология ишемической болезни сердца (ИБС) и атеросклероза в различных регионах страны» [8], обследованы 569 женщин (Ж) 18–60 лет, среди которых отобраны 107 Ж молодого возраста (18–29 лет). С учетом особенностей трудовой деятельности были сформированы 3 группы: I-я (физического труда) — 41 человек, животноводы, II-я (умственного труда) — 38 — педагоги, экономисты, медицинские и социальные работники, служащие, III-я (работа, сопряженная с систематическим психоэмоциональным напряжением (ПЭН), стрессом и гиподинамией) — 28 человек, водители транспорта (ВТ): такси, легковых автомобилей и троллейбусов.
Несмотря на молодой возраст АГ (9,2%), эпидемиологические формы ИБС (4,8%), а также гипертрофия левого желудочка (ГЛЖ, 6,9%), низкая физическая активность (НФА, 48,3%), курение (К,13,8%) и употребление алкоголя (А,66,6%), избыточная масса тела (ИМТ, 18,4%), дислипопротеидемии (ДЛП, 13,7%) наблюдались достаточно часто у лиц I-й группы. Однако во II-й группе изучаемые параметры (АГ — 10,5%, ИБС — 8,8%, ГЛЖ — 14,0%, НФА — 64,9%, К — 15,7%, А — 66,6%, ИМТ — 22,8% и ДЛП — 24,6%) и III-й (13,1 – 10,5 – 13,1 – 26,3 – 89,5 – 15,7 – 28,9 – 25,9%, соответственно) имели тенденцию к росту (р < 0,05), что демонстрирует наличие связи распространенности АГ, ИБС и их ФР от особенностей профессиональной деятельности женщин молодого возраста. При этом показательными оказались осведомленность о наличии АГ: в I и III-й никто не был информирован о гипертонии, а более половины (60,0%) женщин II-й знали о болезни. Наглядным явилось отсутствие каких-либо мероприятий (лекарственных и нелекарственных) по контролю за АГ у лиц I и III-й групп. Женщины умственного труда с более высоким образовательным уровнем (II-я группа) регулярно наблюдались в связи с АГ и лечились с терапевтическим эффектом в 66,6% случаев. Наряду с этим, дополнительное обследование (специальный опрос и ЭКГ-мониторинг) женщин-водителей (n = 25) и лиц иных профессий (n = 27) обнаружило клинические (8,0%) и ЭКГ — признаки (12,0%) нарушений ритма сердца (НРС) у первых и 3,7 и 7,4%, соответственно, у вторых (р<0,05), что подтверждает влияние специфики производственной деятельности на формирование сердечно-сосудистого риска (ССР) у Ж молодого возраста [2]. Частота АГ, эпидемиологических вариантов ИБС и ФР АС среди женщин молодого возраста приведена в табл. 1.