Есть люди, которые более востребованы в эпоху перемен, нежели в периоды затишья. Таков Андрей Платонов. В статье о Пушкине он выразил свое мнение о роли писателя в обществе: «Пушкин сознавал и свою ответственность перед народом и, так сказать, заимообразность, зависимость своего поэтического дара от общей жизни России, от родины, понимаемой не патриотически, а органически. Он, Пушкин, явился ведь не от изобилия, не от избытка сил народа, а от его нужды, из крайней необходимости, почти как самозащита или как жертва» [6, c. 99]. В то же время, без писателя народ «не может ощутить самого себя во всем своем качестве и достоинстве, он не будет воодушевленным и, следовательно, могущественным» [6, c. 103].
В деятельности Платонова в самые тяжелые для страны периоды особенно явно проявлялась его жертвенность. В 1920-е годы, размышляя о том, как наиболее действенно помочь стране, Платонов сделал выбор в пользу практической деятельности в качестве инженера в Воронежской губернии. В то время он, как и в Гражданскую войну, активно сотрудничал с несколькими газетами. В статье «Пролетарская поэзия» (1922) он писал: «Изобретение машин, творчество новых железных, рабочих конструкций — вот пролетарская поэзия. Раньше мы сковывали в тиски чувства, слова и называли это ритмом. Теперь мы сковываем материю в тиски сознания, и это есть ритм пролетарской поэзии» [7, c. 35]. К миссии воспитания души нового человека от относился со скепсисом. По его мнению, человек, чтобы всё лучшее в нём расцвело, как и растение, нуждается, прежде всего, в благоприятных условиях жизни, в правильной организации общества, а не в поучениях: «…хотим ли мы или не хотим — революция внутри человека произойдет, человек изменится. Причина этого изменения лежит в самой действительности, вне человека» [7, c. 31].
В те годы Платонов занимался прежде всего публицистической деятельностью. В художественном творчестве он ставил акцент на фиксации действительности: он всматривался в происходящее вокруг, вслушивался, избегая явных оценок. Ему особенно близко было стихотворение Пушкина «Пророк», где сила поэта представлена как способность внимать, впитывать информацию и энергию: «…истинная огненная сила входит в нас извне, из великого волшебного мира; "угль, пылающий огнем", зажжен не внутри одного, одинокого сердца человека, "угль" зажжен в общем мире: может быть, он собран по лучинке с каждой души и совмещен вместе, в один сосредоточенный, страшный жар» [6, c. 100]. В философских и критических статьях Платонов занимал более активную позицию: он делился своими размышлениями резко, прямо, жестко. Именно в публицистике, прежде всего, высказывал он свои мысли о воспитании нового человека, о задачах новой революционной интеллигенции.