Российская политика в области сельского хозяйства с началом перехода к рынку была ориентирована на увеличение объемов импортной продукции.
Как результат, произошли сокращение ресурсного потенциала животноводства в сельскохозяйственных организациях и падение общих объемов производства, которые по некоторым видам продукции не удалось восстановить до настоящего времени.
В частности, предварительные итоги Всероссийской сельскохозяйственной переписи 2016 года (ВСХП-2016) по состоянию на 1 июля 2016 года отражают, как отмечают многие ученые-экономисты [1; 2], результаты и последствия коренных преобразований последних десятилетий: поголовье птицы составило 84,4% уровня 1990 года, свиней — 60,7%, а поголовье КРС — всего 33,9%. Только трем субъектам Российской Федерации удалось восстановить и увеличить поголовье крупного рогатого скота по сравнению с 1990 годом, это республики Алтай, Калмыкия и Дагестан, а семь субъектов смогли увеличить поголовье свиней в 2016 году относительно 1990 года, среди них Белгородская, Псковская, Курская, Челябинская, Тверская, Тамбовская области и Республика Мордовия [8].
Уровень производства 1990 года удалось превысить в птицеводстве, где в 2017 году было произведено 4,9 млн т птицы в убойном весе, что в 2,7 раза выше, чем в 1990 году, и в свиноводстве, превысившем на 1,7% показатели производства 1990 года (табл. 1).
Увеличение темпов роста валовой продукции животноводства во многом стало возможным благодаря переходу на программно-целевой подход к развитию сельского хозяйства с 2005 года и началу реализации приоритетного национального проекта «Развитие АПК», а с 2008 года — Государственной программы развития сельского хозяйства.
Высокие темпы роста отечественного производства мяса птицы и свинины обусловили снижение импорта по данным видам продукции. Удельный вес отечественного мяса и мясопродуктов в общем объеме продаж на рынке в 2015 году впервые на 2,4% превысил пороговое значение Доктрины продовольственной безопасности Российской Федерации и составил 87,4%, а в 2017 году уровень продовольственной независимости по мясу составил 90,4% (рис. 1).