Вопрос о содержании и сюжете основной фабулы бреда остается актуальным, несмотря на повышенном интересе в научном мире к нему. Пока учёные всего мира не смогли прийти к единому мнению об этиологии и патогенезе шизофрении. В процессе развития психиатрии существовали многочисленные концепции: от теории чистой эндогенной этиологии до отрицания существования шизофрении как нозологической единицы [1,2]. В настоящее время заболеванию предписывают полиэтиологический характер: биологическая основа с множественным экзогенными факторами влияния. Подтверждением этой теории являются труды классиков психиатрии. Еще в 1906 году Э. Крепелин и Э. Блейлер описывали формирование бредовых идей под воздействием разнообразных экзогенных факторов [3]. К. Бирнбаум в 1919 году в своей работе «Построение психоза» представляет механизмы возникновения психоза под влиянием комплекса эндогенных, экзогенных, психических и элементарно-соматических, функциональных и органических факторов [4].
Тем не менее, все большее количество исследователей отмечает влияние социокультуральных факторов и исторического времени в формировании симптомов параноидной шизофрении. Актуальные политические проблемы, религиозные взгляды, новые открытия отражаются в содержании продуктивной симптоматики пациентов [5]. Важно отметить, что особую роль играет окружающая среда и исторический период, во время которого формировалась личность пациента, то есть в какое время протекало детство пациента (возраст 6–8 лет) [6]. Так, основной фабулой бреда лиц с манифестацией шизофрении в 1970–80 гг. является бред преследования (представители коммунистической партии, КГБ до сих пор «следят» за пациентами с помощью специальных лазерных приборов и других технических средств). Бредовые идеи преследования актуальны и для лиц, заболевших в период 1990–2000 годов, но после «развала» СССР в обществе набирают популярность гадалки, экстрасенсы и колдуны, поэтому основой для продуктивной симптоматики являются размышления о порче и сглазе [7].