Музей №5

Музей №5

Электронная версия

539.00 руб.
«Время собирать камни...»

Летом 2015 года Правительство РФ утвердило Концепцию увековечения памяти жертв политических репрессий, главная цель которой — создание условий для свободного доступа к архивным документам и другим материалам,
связанным с политическими репрессиями, обеспечение доступности мемориальных объектов, посвященных памяти жертв репрессий, создание образовательных и просветительских программ, воспитывающих деятельный патриотизм. Концепция должна послужить и формированию активного взаимодействия государства и институтов гражданского общества. Мы беседуем с Р.В. Романовым, директором Музея истории ГУЛАГа, недавно открывшего первую экспозицию в своем новом здании в Москве.

От Соловков до Колымы: о чем поведали анкеты

Музей истории ГУЛАГа осуществил анкетный опрос потенциальных участников Российской ассоциации музеев истории политических репрессий, что дает нам возможность представить пусть пока неполную, фрагментарную картину их развития и современного существования.

История ГУЛАГа в музее: интонация, способы представления, потенциальные возможности и сложности

Как можно отразить трагедию в музейных экспозициях, если среди наших современников, как свидетельствуют социологи, 30% таких, кто готов оправдать совершенные преступления ГУЛАГа? Как сделать так, чтобы можно было не просто получить достоверную информацию, но и прочувствовать ее? Об этом рассуждали участники дискуссии в московском Музее истории ГУЛАГа, фрагменты которой мы публикуем в этом номере.

«Этап на север, срока огромные...»

Николай Новиченков,

Верхотурский музей-заповедник

Сбор материалов среди охранников Верхотурского подразделения Севураллага 1930–1950-х годов сегодня очень непрост. Но эту память, сохранившуюся в воспоминаниях и личных архивах, чаще всего не совпадающую с официальной версией, также нужно хранить.

Молодость — не препятствие

Константин Андреев,

Музей истории ГУЛАГа, Москва

Одними молодыми людьми музейное пространство все еще воспринимается как что-то формальное и «старорежимное», у других же отношение к музеям только формируется, что позволяет надеяться завоевать сердца этой аудитории. Государственный музей истории ГУЛАГа основной упор в своей работе делает на взаимодействие с подростками и молодежью.

Он стал первым

Василий Ханевич,

Мемориальный музей «Следственная тюрьма НКВД»
han.tomsk@yandex.ru

Первый музей истории политических репрессий, учрежденный не только в России, но и на всем постсоветском пространстве, представляет один из его учредителей, а ныне заведующий музеем.

От «Масок скорби» до художественного музея

Сергей Погодин

Фотоматериалы из архива музея

9 апреля 2013 года, в день рождения Эрнста Неизвестного, в Екатеринбурге открылся музей, посвященный его творчеству. Он стал вторым музеем знаменитого скульптора в мире. Первый находится в Швеции.

Музей политика или политический музей?

26 ноября 2015 года в Екатеринбурге открылся музей, посвященный очень яркой, но по-прежнему очень по-разному воспринимаемой в российском обществе личности первого Президента РФ Б.Н. Ельцина. В конкурсе
на разработку концепции музея и его создание «под ключ» победила американская компания Ральфа Аппельбаума, известная в нашей стране своим проектом Еврейского музея в Москве. Мы беседуем с директором проекта Леонидом Ханиным.

Свой путь

Среди директоров российских музеев немало таких, кто начинал свой путь с должности младшего научного сотрудника и даже музейного смотрителя. Оставалась верной своему Музею истории освоения и развития Норильского промышленного района более четверти века и С.Г. Слесарева. И как сама признается, ни разу не пожалела об этом.

Международная коалиция исторических мест совести

Виталий Ананьев,

СПбГУ

В начале XXI века вновь после событий «второй музейной революции» 1970–1980-х годов социальный аспект музейной деятельности приобрел особое значение, в первую очередь в связи с проблемой нарушения прав человека. Если в 1970–1980-е годы музеи рассматривались как инструменты для достижения социального прогресса, в 2000-х годах на них все чаще стали смотреть как на пространства, связанные с преодолением (но не забвением!) травматических эпизодов прошлого, нарушения прав человека в условиях тоталитарных и диктаторских режимов, колониальных и репрессивных систем.

«Прошлое касается нас еще самым живым образом…»

О том, как представляют «сложное прошлое» в Германии, нам рассказала руководитель образовательных программ международного общества «Мемориал» Ирина Щербакова.

Расколотая память: отражение конфликта вокруг Мемориального центра «Пермь-36» в российских медиа

Анке Гизен,

Университет им. Отто-фон-Герике, Магдебург
anke.giesen@st.ovgu.de

Чаинское восстание
Опыт документального спектакля

Татьяна Назаренко,

Томский областной краеведческий музей им. М.Б. Шатилова

Есть такая проблема?

Людмила Перова


В 2015 году на фестивале «Музейный Олимп» в Санкт-Петербурге в номинации «Музей — детям» первое место занял проект Гатчинского дворца-музея «Детские комнаты в музее», суть которого — в предоставлении дополнительной услуги для особой и все более многочисленной категории музейных посетителей — родителей с маленькими детьми.

Фантазии, иллюзии и утопии, или Царицынские приключения

Виктор Егорычев,

Музей-заповедник «Царицыно», Москва

Большинство музеев не задумываются о своем предназначении. Одни из них создавались как витрины какой-то сферы предметного мира, другие — как мемориалы отдельных событий и т.д. Все для них изначально ясно, и
проблемы — лишь в подробностях. Но есть такие музеи, которые с момента создания надрывно мучаются поиском смысла собственного бытия, а изменчивая действительность шарахает их из стороны в сторону. К таким страстотерпцам принадлежит Музей-заповедник «Царицыно».

Áинокуляр Noon: одной реальности всегда мало

Процесс познания — это стремление исследовать пространство вокруг себя. Представьте, что вы можете перенестись на другой конец света, перепрыгнуть через несколько веков или увидеть зарождение Вселенной, не покидая стен музея… Одного воображения здесь недостаточно.