Свидетельствует ли расхождение текущих данных и сельхозпереписи о низком качестве аграрной статистики?

Журнал: «Охрана труда и техника безопасности в сельском хозяйстве», №2, 2019г.

Поводом для такого неутешительного для нашей сельскохозяйственной статистики вердикта послужило расхождение данных Всероссийской сельскохозяйственной переписи 2016 г. (далее — ВСХП-2016) с показателями текущего статистического учета. Причем, как показала ВСХП-2016, текущая статистика завышала показатели развития сельского хозяйства.

В. Узун опасается, что предпринятый Росстатом на основе итогов ВСХП-2016 пересчет (в сторону снижения) динамических рядов некоторых показателей сельского хозяйства приведет к тому, «что в 2018 г. может произойти серьезное падение сельскохозяйственного производства: примерно на 11–14 %».

Насколько, однако, верны столь категоричные суждения автора? Разберемся по порядку. И прежде всего зададимся вопросом, может ли факт расхождения данных сельскохозяйственной переписи и текущей статистики свидетельствовать о том, что наша аграрная статистика некачественна? На наш взгляд, такое утверждение было бы явным преувеличением. Несовпадение данных переписи и текущих обследований — стандартная ситуация в практике статистического учета. В связи с этим обстоятельством и проводятся переписи.

Причины расхождений весьма многообразны: различия в методологии сбора данных и географическом охвате хозяйств, ошибки выборки текущих наблюдений в межпереписной период и др. С данной ситуацией сталкиваются многие страны мира, что отмечает Продовольственная организация ООН (ФАО), в соответствии с рекомендациями которой проводилась ВСХП-2016. Главное состоит в том, чтобы из зафиксированного несовпадения сделать правильные выводы и принять необходимые меры по улучшению статистического учета. При этом ФАО исходит из того, что «сельскохозяйственная перепись часто является единственным источником статистически обоснованных данных, и страны должны воспользоваться предоставляемой переписью возможностью для улучшения качества текущей сельскохозяйственной статистики». Приоритет переписи перед текущими данными обусловлен, во-первых, тем, что в ходе переписи информация предоставляется самими аграрными хозяйствами; текущая же статистика широко использует административные источники данных. Во-вторых, перепись — это сплошной учет сельскохозяйственных единиц, производящих не менее 95 % валовой продукции отрасли, в то время как текущая статистика во многом строится на выборочных обследованиях, для которых, как известно, характерны ошибки выборки.

И конечно же, надо понимать, насколько сложной методологической и организационной задачей является осуществление текущего учета сельскохозяйственной деятельности в межпереписный период. Во-первых, систематически в текущем режиме отчетность представляют только сельскохозяйственные организации, не относящиеся к субъектам малого предпринимательства. Таких, как показала ВСХП2016, насчитывается 7,6 тыс. Малые организации (24,3 тыс.), крестьянские (фермерские) хозяйства и индивидуальные предприниматели (175 тыс.), а также ЛПХ в сельской местности (23,5 млн) обследуются выборочно. Обследование остальных категорий хозяйств (хозяйств населения в городской местности, подсобных хозяйств, некоммерческих объединений граждан) невозможно (даже в выборочном режиме) из-за ресурсных ограничений. Во-вторых, с момента проведения очередной переписи размеры и параметры генеральных совокупностей по каждой категории хозяйств быстро меняются, изменяются и пропорции между этими категориями в объемах производства каждого вида продукции. В-третьих, дополнительные сложности создают огромная дифференциация хозяйств и многоотраслевой характер российского сельского хозяйства (что требует формирования по каждому субъекту РФ сотен статистических показателей, многие из которых из-за малой представительности явления имеют большие доверительные интервалы).

ОБЩИХ ЗАМЕЧАНИЙ НЕДОСТАТОЧНО

Теперь рассмотрим, какие меры, необходимость которых вытекает из расхождения данных переписи и текущего учета, предлагает автор статьи и что делается в этом направлении Росстатом. Надо сказать, что в статье мы не находим ответа на данный, на наш взгляд, ключевой вопрос. В. Узун ограничивается лишь общим замечанием: «представляется, что сложившиеся методы статистического наблюдения и учета нуждаются в совершенствовании, а методология оценок — в изменении на основе выборочных обследований». Вместо этого в статье подвергается сомнению завышение текущей статистикой показателей по сельскохозяйственным организациям и крестьянским (фермерским) хозяйствам; делаются предположения о причинах неточностей текущих статданных по личным подсобным хозяйствам (там же); указывается, что ошибки в текущих статистических оценках производства картофеля привели к дезориентации и бизнеса, и государства: «если бы бизнес и органы управления АПК не были дезориентированы неточной статистикой, то в отрасль бы пошли более значительные инвестиции».

Проанализируем эти частные суждения автора, а затем ответим на сформулированный выше вопрос.

1. В. Узун подвергает сомнению факт завышения текущей статистикой данных по сельскохозяйственным организациям и крестьянским (фермерским) хозяйствам из-за отсутствия у последних мотивации к такому завышению. Его аргументация состоит в следующем: «СХО и КФХ… систематически представляют в Росстат отчеты о всей своей деятельности… Некоторые из этих хозяйств не предоставляют отчетных материалов, и по этой причине данные в текущей отчетности могут быть занижены, но не завышены… В советские времена приписки стимулировались желанием руководителей хозяйств отчитаться о выполнении или перевыполнении плана. От этого зависели их зарплата, премии и сам факт сохранения должности. А какую природу имеет феномен завышения данных в условиях рыночной экономики? У руководителей хозяйств и собственников заинтересованности в этом вроде бы нет. Наоборот, высокие показатели могут привести к росту налогов и других платежей».

По нашему мнению, в представленной аргументации немало слабых мест. Во-первых, следует отметить, что частичное несовпадение текущей статистики и данных переписи по сельскохозяйственным организациям и фермерам возможно из-за того, что сплошному учету в текущем режиме (как уже было отмечено выше) подлежат только крупные и средние сельскохозяйственные организации. И здесь возможны ошибки выборки. Во-вторых, собственникам и руководителям нет особого смысла занижать показатели деятельности по причине снижения налогооблагаемой базы, ведь в отрасли действует весьма льготный режим налогообложения, включая нулевую ставку по налогу на прибыль. Зато есть соблазн повысить их, чтобы поднять свой рейтинг перед банками и другими партнерами, но, самое главное, в надежде на большую государственную поддержку и получение кредитных ресурсов. Во-третьих, нормативными актами субъектов Российской Федерации, несмотря на неоднократные возражения Росстата, вводились нормы об использовании первичных статистических данных в качестве основания для выплаты сельскохозяйственным производителям различного вида форм финансовой поддержки, что противоречит статье 9 Федерального закона от 29 ноября 2007 г. № 282-ФЗ «Об официальном статистическом учете и системе государственной статистики в Российской Федерации», определяющей, что первичные статистические данные не могут использоваться в иных, не связанных с формированием официальной статистической информации, целях.

2. Говоря о неточности текущей статистики по личным подсобным и другим индивидуальным хозяйствам граждан, В. Узун видит причину этого явления в том, что «учет производства продукции в хозяйствах населения — трудная задача: они не представляют отчетов, текущая статистика рассчитывает объемы производства в них на основе данных проводимых выборочных обследований. Любые, даже очень незначительные погрешности в выборочных данных могут привести к существенным ошибкам в оценке деятельности всей совокупности более чем трех десятков миллионов хозяйств населения». В этом он прав, точность выборочных обследований ЛПХ страдала в силу крайне ограниченного объема выборки (до 2016 г. она составляла 0,2 % от общего числа таких хозяйств, сейчас 0,4 %). Но, кроме этого, были и другие важные причины.

Прежде всего, не было никакой возможности уточнить быстро меняющуюся генеральную совокупность ЛПХ в течение 2006–2016 гг., вплоть до ВСХП-2016, хотя Росстат неоднократно предлагал провести вторую сельскохозяйственную перепись в более ранние сроки (и даже добился принятия распоряжения правительства о ее проведении в 2014 г.), но, тем не менее, в силу бюджетных ограничений перепись была перенесена на максимально возможный согласно законодательству срок.

Также автору, похоже, неизвестно, что текущая статистика по ЛПХ формируется не только на основе выборочных обследований, но и на отчетности муниципалитетов, основанной на т. н. похозяйственных книгах, которые ведутся сельскими администрациями. Составление списков объектов ВСХП-2016 показало, что эта работа проводится крайне некачественно в виду большого дефицита муниципальных бюджетов и нехватки кадров. Происходящее в последние годы укрупнение сельских поселений также отрицательно сказывается на качестве похозяйственного учета.

3. Тем не менее, несмотря на перечисленные проблемы, основные тренды развития ЛПХ, в том числе в производстве картофеля, текущая статистика отражала правильно, представляя данные о постепенном замедлении темпов развития и снижении доли этого сектора в выпуске отрасли. Например, удельный вес хозяйств населения в валовой продукции сельского хозяйства снизился с 48 % в 2006 г. до 35,4 % в 2016 г., в производстве картофеля соответственно — с 86,4 до 77,9 % (см. http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/ rosstat_main/rosstat/ru/statistics/ enterprise/economy/). Таким образом, с выводом автора статьи «о дезориентации бизнеса и органов управления АПК» текущей статистикой о производстве картофеля вряд ли можно согласиться.

РОССТАТ УЛУЧШАЕТ МЕТОДИКУ УЧЕТА ХОЗЯЙСТВ НАСЕЛЕНИЯ

Переходим, однако, к главному: что должен предпринять Росстат для улучшения текущего статистического учета в сельском хозяйстве, исходя из итогов переписи? В статье об этом нет ни слова. Автор сосредоточивает свое внимание лишь на несовпадении рядов до и после пересчета, базируя свои выводы на незавершенных пересчетах, причем на данных об объеме и индексе производства продукции сельского хозяйства за один только 2017 г., рассчитанных с учетом лишь первой оценки пересчетов этого показателя на основе данных ВСХП-2016. Окончательные итоги пересчетов динамических рядов (причем за весь период 2007–2017 гг.) по объемам и индексам производства продукции сельского хозяйства по категориям сельхозпроизводителей по Российской Федерации и в разрезе ее субъектов будут опубликованы Росстатом в мае 2019 г. При этом автор, очевидно, не учитывает опубликованное Росстатом в январе 2018 г. изменение методики пересчета.

Так что же делает Росстат и о чем предпочитает не говорить автор статьи? Известно, что наибольшие расхождения между данными переписи и текущей статистикой зафиксированы по хозяйствам населения, поэтому Росстат уже предпринял ряд мер по улучшению текущего статистического учета этой категории хозяйств, и прежде всего ЛПХ, а именно: принято решение отказаться от похозяйственных книг как источника федеральной статистики, в связи с чем была отменена форма статистической отчетности «Сведения об оценке поголовья скота и птицы, посевных площадей в хозяйствах населения», ранее использовавшаяся при определении объемов производства сельскохозяйственной продукции хозяйствами населения. С 2018 г. данные о развитии ЛПХ формируются исключительно на основе выборочных исследований. В связи с этим:

  • существенно меняется их методология, прежде всего алгоритмы формирования выборочной совокупности при двукратном увеличении ее объема. С 2019 г. она составит 0,6 % от общего объема генеральной совокупности;
  • в территориальных органах государственной статистики вводится должность инструктора территориального уровня по организации обследования ЛПХ;
  • увеличиваются расходы на транспорт и материально-техническое обеспечение, а также заработная плата интервьюеров;
  • уточняется процедура ежегодной актуализации генеральной совокупности личных подсобных хозяйств с учетом данных выборочного обследования.

При этом важно отметить, что указанные меры предпринимаются Росстатом за счет изыскания внутренних ресурсов. Многолетние предупреждения Росстата о недостаточности выборки по ЛПХ и о необходимости ее увеличения при соответствующем финансовом обеспечении были оставлены без внимания. К сожалению, не представил необходимых финансовых средств и Минсельхоз России, который в первую очередь должен быть заинтересован в точности данных по хозяйствам населения.

И самое главное, по инициативе Росстата был подготовлен Федеральный закон от 1 декабря 2014 г. № 411-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О Всероссийской сельскохозяйственной переписи»», которым предусмотрено наряду с проведением не реже 1 раза в 10 лет сельскохозяйственной переписи также проведение в межпереписный период сельскохозяйственной микропереписи (на основе выборки не менее 30 % объектов сельскохозяйственной переписи). Это позволит с пятилетней периодичностью на довольно большой выборке актуализировать тренды развития сельского хозяйства, вносить необходимые коррективы в генеральную совокупность сельскохозяйственных единиц.

Следует также отметить, что Росстатом предложено исключить продукцию, произведенную в хозяйствах населения, из целевых индикаторов Государственной программы развития сельского хозяйства с тем, чтобы субъекты Российской Федерации не манипулировали этим трудно определяемым показателем в отчетах перед Минсельхозом России о реализации госпрограммы. Тем самым существенно уменьшается интерес регионов завышать показатели по ЛПХ. На наш взгляд, это правильный шаг, тем более что в госпрограмме нет реальных мер поддержки личных подсобных хозяйств.

А что касается упомянутого выше опасения автора о серьезном падении сельскохозяйственного производства в 2018 г. примерно на 11–14 %, то они нам также представляются как минимум преждевременными — давайте дождемся окончательных пересчетов.

В заключение следует подчеркнуть, что формирование методологии и организационно-экономических основ проведения Всероссийской сельскохозяйственной переписи 2016 г., обработки ее данных, опубликования итогов, пересчета динамических рядов осуществлялось Росстатом с участием широкого круга независимых экспертов. Эксперты — представители научно-исследовательских организаций, отраслевых союзов и ассоциаций сельхозтоваропроизводителей, общественных организаций работали в составе Комиссии Росстата Всероссийской сельскохозяйственной переписи 2016 г. и методологической группы по подготовке и проведению переписи. Работа Комиссии и методологической группы была открытой; каждый заинтересованный эксперт мог направить в Росстат для обсуждения и возможного принятия предложения в разрабатываемые методические и нормативно-правовые документы переписи. К сожалению, такого рода предложений от профессора В. Я. Узуна не поступало. Он предпочел выразить свою позицию в печати. Надеюсь, инициированная им полемика будет конструктивной, послужит правильной интерпретации данных переписи и совершенствованию статистического наблюдения за сельским хозяйством.