Гордость лущильщика

Журнал: «Охрана труда и техника безопасности в строительстве», №2, 2019г.

ПОИСК СЕБЯ

У Никиты Некипелова с детства менялись увлечения. В юности освоил немало профессий. Работал грузчиком, мыл машины на автомойке. Параллельно учился. Окончив училище, получил специальность помощника машиниста локомотива и слесаря подвижного состава. Принимал активное участие в общественной жизни училища: в организации концертов, праздничных мероприятий и т. д., летом трудился педагогом-организатором в загородном детском лагере. Потом был и диджеем, барменом, риелтором, автомехаником. Но в какой-то момент Никита понял: довольно экспериментов, нужна стабильная работа с соцпакетом. И поставил перед собой цель устроиться на фанерно-мебельный комбинат.

СТЕЗЯ РАБОЧЕГО

«Вся моя жизнь связана с комбинатом, — рассказывает ''Речи'' Никита. — С детства я видел комбинат из окон моего дома. Ребята с нашего двора, и я в том числе, бегали на стадион предприятия заниматься физкультурой, участвовать в спортивных соревнованиях, в праздниках, гуляли в сквере у комбината. И после долгих поисков себя я вдруг осознал, что хочу работать на предприятии. Опять же работа рядом с домом, удобно. Правда, я понимал, что на комбинат просто так не попасть. Вакансий практически нет, а тот, кто устроился на работу на предприятие, редко его покидает. Но я поставил перед собой цель. А идти к ней решил официальным путем. Обратился в центр занятости населения. Меня направили подсобным рабочим в цех лущения шпона».

По словам Никиты, первые впечатления от работы в цехе были не самыми радужными. Промышленный корпус, большие станки, все вокруг вибрирует, грохочет так, что уши закладывает. Понятно, что он не ждал от промышленного цеха библиотечной тишины и неспешности. Тем не менее нужно было привыкнуть.

«Мои обязанности были простыми и сложными одновременно, — поясняет Никита. — Задача подсобного рабочего — ровнять чураки (бревна) на цепном транспортере, следить за тем, чтобы сырье распределялось равномерно по лущильным станкам, а их у нас шесть штук. Чураки сбрасываются на станки не руками, конечно, все делает автоматика под присмотром оператора. Вес одного чурака от 30 до 200 кг. Смотреть нужно в оба. Смена длится восемь часов, и все это время ты должен следить за транспортером подачи фанерного сырья».

Это лишь на первый взгляд кажется, что в такой работе нет никакой хитрости. На практике она требует от человека внимательности, ответственности, дисциплинированности, быстрой реакции. И, как говорит Никита, нужно всегда помнить о технике безопасности.

В процессе лущения шпона задействованы несколько человек. Оператор управляет цепным транспортером совместно с подсобным рабочим, лущильщик работает на станке. Еще резчик — он работает с лентой и остатками шпона. Если по-простому, бревно березы распускают на шпон (будто раскатывают рулон обоев). Шпон формируют в куски по заданным размерам. Потом отправляют на сушку. После сушки шпон сортируется и отправляется в следующий цех, уже на склейку, после чего получается фанера. Ее и отправляют на экспорт. А уж что потом выйдет из этой фанеры — дело изготовителя.

В завершение нашего общения с Никитой мы спросили, чем он занимается в нерабочее время. Боксом. Его Никита считает не только физическим, но и интеллектуальным видом спорта. Как и шахматы, где нужно думать. Еще, как многие другие, читает, ходит в кино, ездит на рыбалку и охоту

МУЗЫКА БРЕВЕН И ШПОНА

…На площадке комбината маневрируют большегрузы. За ней сразу вход в промышленные корпуса, в том числе и в лущильный цех. Промкорпуса — как шумный город, части которого соединены широкими сквозными проходами. Лущильный цех в глубине. Узкая пешеходная дорожка размечена так, чтобы идущие люди не мешали снующим погрузчикам и прочей технике забирать готовую к дальнейшей переработке продукцию. Как правило, это пачки шпона, которые водитель погрузчика аккуратно поддевает «стальными руками» и отвозит на поддоны.

Итак, мы на месте. Нас оглушает музыка промышленного производства. Равномерно работают прессы, с грохотом поворачивают свои металлические поршни агрегаты. По транспортеру движутся бревна. Вдоль транспортерной ленты стоят огромные станки, на которых береза за секунды превращается в солнечное полотно шпона. Шпон тут же разрезается на куски, которые укладываются в стопы. Резчик откладывает в сторону некондицию.

Никита, как капитан на мостике корабля, управляет процессом лущения. Станок захватывает бревно березы с транспортера-накопителя, прокатывает его вперед и укладывает в железные ладони агрегата. Ладони — как ковш экскаватора. Сначала они несколько раз подбрасывают и проворачивают бревно, словно баскетболист пробует мяч — удобен ли он в руке — перед броском.

Бревно отправляется вперед, и в считаные секунды нож превращает его в полотно, которое золотистой лентой движется по транспортеру к ножу механизма рубки шпона и укладывается на стол накопителя. Шпон рубят на листы размером с допуском на усушку и обрезку. И уже из-под ножниц они складываются в стопы. Зрелище захватывающее, но для Никиты привычное. Это ежедневная работа лущильщика IV разряда.